"Караван" - Почему разбился казахстанский пограничный вертолет

НЕБОЕВЫЕ ПОТЕРИ
Вадим БЕРЕГОВОЙ, Тахир САСЫКОВ (фото)

Чем меньше летают боевые летчики, тем легче найти объяснение для катастрофы с человеческими жертвами

Наша машина медленно ползет по легко простреливаемому пространству пограничного полигона. После часа скитаний мы нашли место падения пограничного вертолета. Он рухнул в конце прошлой недели во время выполнения учебных стрельб.

Полигон не засекречен, однако пограничное начальство показать к нему дорогу отказалось, как и отвечать на любые вопросы. Представьте себе наши ощущения: едем фотографировать упавший борт без официального разрешения по запретной зоне, надеясь, что вовремя заметим скрытую кустами воронку, что под колеса не попадется какой-нибудь неразорвавшийся снаряд, что часовые не откроют стрельбу без предупреждения…

Вот он: показались лопасти несущего винта. Вертолет теперь видно очень хорошо. Удивляемся, что он вроде бы совершенно цел. Часовых вокруг не видно. Начинаем съемку - кто знает, сколько у нас времени... Через минуту видим, как от расположенных неподалеку строений к нам бегут трое людей в форме. Убегать поздно: точно стрелять начнут. На всякий случай извлекаем из фотоаппарата пленку и прячем ее - вдруг будут обыскивать. Быстро обговариваем "легенду": заблудились, ищем дорогу к озеру…

Запыхавшийся от быстрого бега старший группы тем не менее представляется по всей форме. Задает вопрос, на который мы отвечаем, как договорились: заблудились, мол. А куда это мы заехали?

- Мы вертолет охраняем, - буркнул старший.

- А он что - упал?

Ребята мнутся: военная тайна, разглашать не положено.

- Может, это мишень? - решаем мы им помочь.

- Мишень, мишень, - обрадованно закивали солдаты.

Боевая машина стала мишенью

На прошлой неделе этот вертолет взлетел с аэродрома, что в поселке Бурундай под Алматы. Прилетел на полигон, расстрелял неуправляемыми реактивными снарядами мишени и стал заходить на посадку. Люди, стоящие на земле, видели, как винтокрылую машину начало вдруг резко разворачивать вокруг своей оси. Через несколько секунд неуправляемый вертолет рухнул в степь, метрах в ста от строений на полигоне.

Подполковник Айсин, прилетевший из Бурундая, по всей видимости, погиб на месте. Эксперты полагают, что это случилось так: когда вертолет завертело, он ударился головой о приборную доску, затем его с силой откинуло назад - на металлическую дверь.

Остальные находящиеся на борту пострадали меньше.

Дело в том, что подполковник в этом полете был инструктором и сидел на месте борттехника, на откидном сиденье. Конструкция пилотской кабины Ми-8 такова, что борттехнику в подобных ситуациях весьма трудно ухватиться за что-нибудь в отличие от пилотов, у которых сзади высокая спинка сиденья, а впереди ручка управления. Да и о приборную доску головой пилоту удариться трудновато - она расположена ближе, чем к борттехнику.

Пострадавших срочно доставили в Ушаральский госпиталь. Командиром экипажа был майор Каушенов из Ушаральской авиаэскадрильи. По принятым в авиации правилам, вина за случившееся полностью ложится на него. Согласно официальным заявлениям, машина перед полетом была технически исправна.

А был ли ветер?

Официальная версия, что вертолет был сбит сильным порывом ветра, кажется абсолютно несостоятельной. Местные жители говорят, что в тот день ветра в районе полигона не было вообще. Это подтверждают и специалисты Казгидрометцентра.

Ситуацию для "Каравана" прокомментировал военный вертолетчик, не один год отлетавший на вертолетах Ми-8, попросивший не называть его фамилию, звание и даже место службы:

- Вертолеты без проблем садятся и при сильном ветре. А здесь борт попал в вихревое кольцо, рулевой винт потерял свою эффективность, и вертолет начало вращать в направлении, противоположном направлению вращения несущего винта. Это нештатная ситуация, но экипаж мог с ней справиться или, по крайней мере, предвидеть такое развитие событий. Командир экипажа при посадке не учел силу и направление ветра. Это однозначно его вина.

- А могло быть управление в этот момент у второго пилота?

- Нет, это же пилот-штурман. Он мог только выполнять команды командира экипажа. Хотя... По идее второй пилот мог отрабатывать посадку под руководством командира. Но этих нюансов я не знаю.

- А то, что вертолет лежит на земле так, будто и не было падения? Ведь корпус и лопасти несущего винта целы...

- Это счастливое стечение обстоятельств. Если бы он упал набок, люди пострадали бы сильнее. Если вертолет ложится набок, внутри все начинает отрываться - топливные баки, агрегаты, все это начинает летать по салону...

Как летать, когда летать не на чем

Специалисты, с которыми мы говорили в Ушарале и Алматы, однозначно склонялись к тому, что пограничный вертолет упал из-за непрофессионализма пилотов. В Ушаральской авиаэскадрилье набирать необходимый летный опыт нет возможности - самому "молодому" пограничному вертолету 18 лет! По неофициальным данным, из шести вертолетов Ми-8 Ушаральской эскадрильи в воздух подняться может только один! А ведь вертолетчики погранвойск всегда считались элитой авиации, ибо летать им надо уметь в сложнейших метеоусловиях.

На борту разбившегося вертолета было два экипажа - Бурундайский и Ушаральский. Первые взяли ушаральцев на борт, дабы те лишний раз попрактиковались.

Сейчас пострадавшие офицеры находятся в пограничном госпитале в Алматы. Их состояние не внушает врачам опасений. Но во встрече с ними нам было отказано. В пресс-службе пограничной службы КНБ отказались даже сообщить имена пострадавших, а уж тем более подробности катастрофы. Почему? Не положено!

В Алакольском районе это не первая катастрофа Ми-8. В прошлом году в горах рухнул вертолет с высокопоставленными чиновниками на борту - летали поохотиться. В разреженном воздухе высокогорья двигатель отказал. Вертолет начал падать, лопастью задел за склон и заскользил по нему вниз. Все находящиеся на борту получили синяки и царапины, никто не погиб. Вертолет так и лежит до сих пор в горах…

Об этом сообщает Руспрес